Китайская и некитайская традиционная медицина (ТКМ)

 

Китайская и некитайская традиционная медицина (ТКМ)

Что представляет собой китайская медицина?

Давайте вначале разберём, что же представляет собой явление китайской медицины в целом.

Невозможно на шкале времени точно выделить точку появления совокупности феноменов, обозначаемых как «медицина». Поглаживание больного места рукой можно считать появлением массажа и мануальной медицины, употребление какого-то листика при плохом самочувствии — началом лекарственной терапии, погружение своего тела в горячий источник — началом курортологии. Но ведь и обезьяны всё это умеют.

Поэтому уместно говорить о том, что медицина появилась одновременно с человеком, с его способностью осмыслять свою деятельность, когнитивно упорядочивать свой опыт и передавать его желающим.

Отметим также и то, что все люди разные и обладают разной чувствительностью к деятельности своего организма, по-разному могут ощущать перемены в его работе. Таким образом, первыми врачами были те, кто внимательнее и осознаннее всего мог отметить изменения ощущений в ответ на какие-то внешние или внутренние влияния и кто собирал и классифицировал такой опыт. Это, естественно, характерно не только для территории Китая.


В дальнейшем данный опыт всё более концентрировался, а с появлением письменности он стал фиксироваться. И в данный момент язык, специфичный для данного региона, и система мировоззрения структурировали данный опыт определённым образом.

Первые доступные сегодня чисто медицинские сочинения китайской древности — трактаты на шёлке (например, «Канон о прижигании 11 каналов на руках и ногах», «Порядок сосудов» и прочие), обнаруженные археологами в 1973 году у города Чанша. Захоронение, в котором их обнаружили, датируется 168 годом до н.э. Читая их, мы уже находим вполне сформировавшуюся медицинскую теорию, которая и легла в основу того, что мы сегодня именуем китайской классической медициной.

Для начала отметим ряд особенностей китайской традиции вообще, ведь именно они структурировали знания человека определённым образом, что позволило выделить китайскую медицину именно как отдельный феномен культуры всего человечества.

Перечислим их в следующем порядке не по степени важности, а лишь для удобства восприятия, так как невозможно среди них выделить главные и второстепенные, кроме того, они обладают внутренней взаимосвязью, подробное рассмотрение которой не входит в рамки этой статьи.

Итак, во-первых, Китай — географически замкнутая территория;

во-вторых, китайские иероглифы — единственные использующиеся сегодня и их преемственную эволюцию мы можем проследить в течение нескольких тысяч лет;

в-третьих, главенствующей религиозной идеей в Китае был культ предков (с этим связано и трепетное отношение к знаниям прошлых поколений), другие верования преломлялись именно в этом ключе;

в-четвертых, традиционное китайское мышление — натуралистично, то есть его нельзя отнести ни к материалистическому, ни к идеалистическому, данные попытки будут лишь попыткой уложить китайскую традиционную мысль в прокрустово ложе западной картезианской парадигмы;

в-пятых, основой китайского традиционного мышления является учение о символах и числах.

Что же уникального в теории классической китайской медицины? Это, прежде всего, характерные для данного региона понятия о
— ци,
— инь-ян,
— у син (пять движений) и т.д., которые присущи всему научному аппарату традиционного Китая. Плюс теория о мередианах цзин и особых местах на них, которые из-за ошибок переводчиков на Западе именуются точками «сюе», однако более уместно переводить их название как полости или ямы.

Кроме того, обратим внимание, что параллельно медицине шло развитие ещё одной науки, которую в силу её грандиозности долго не замечали западные учёные. Речь идет о
— «ян шэн сюе», или учении о воспитании жизненности. Можно даже сказать, что медицина является её ответвлением. Также в эту науку входят различные гимнастические и психофизиологические методы продления здоровой жизни, диетология и прочее, что позволяет называть её древней гигиеной.

Собственно, известные сегодня во всем мире китайские системы упражнений — продукты именно этой науки.

Именно адепты этой науки, используя своё тело как лабораторию, как сейчас бы сказали, занимались соматической интроспекцией и на основе наблюдения своих ощущений собирали опыт (упорядочивая его уже сформированной картиной мира и спецификой своего языка). Благодаря им существует теория о меридианах цзин и циркулирующей по ним ци, которую опять же в результате ошибки переводчиков именуют энергией. Нечто подобное мы можем наблюдать и в Индии, и в Тибете.

Однако описания путей циркуляции ци («праны» в индийской традиции) в этих регионах отличаются, что позволяет говорить именно о субъективизме данного явления, ведь объективные вещи (кости, скажем, или сосуды) в этих различных регионах описываются одинаково. Именно поэтому попытка выявить эти мередианы цзин в теле человека в том виде, который предлагают нам многочисленные схемы, обречена на неудачу. Это всего лишь ощущения (явления психической реальности), за которыми, безусловно, стоят определённые физиологические изменения, но ощущения — вещь очень субъективная.

Итак, китайская классическая медицина — система знаний о человеке, включённая в традиционную для Китая научную мировоззренческую схему. И без сколько-нибудь значительных изменений она существовала до конца XIX века (то есть где-то около 2 тыс. лет).


Начало знакомства России с китайской медициной.

Знакомство России с китайской медициной началось относительно давно. Около 1820 года в Китай с X Духовной Миссией прибыл Осип Павлович Войцеховский, который служил врачом при Миссии. Он был не только медиком, но также и синологом, маньчжуроведом, а ряд его трудов до сих пор не опубликован.

Будучи в Пекине Войцеховский излечил особу императорской крови, за что в его честь был поставлен памятник.

Естественно, будучи в Китае он внимательно изучал наследие китайских врачей. А одними из первых публикаций, которые широко знакомили российских подданных с китайской медициной была серия заметок в газете «Медицинский вестник» за 1876 год (номера с 36 по 43), сделанная Корниевским П. А. (врач XIV Духовной Миссии).

Также нельзя не упомянуть в этой связи выдающегося учёного и дипломата Татаринова Александра Алексеевича (врач XII Духовной Миссии в период с 1840 по 1850 гг.).

Однако затем на многие годы интерес к китайской медицине угас в силу многих причин. Революционные события начала XX века в Китае и России не способствовали расцвету науки и укреплению связей между двумя этими странами. А в 30-е годы в СССР было физически уничтожено очень много китаеведов, например, Юлиан Константинович Щуцкий, первый переводчик на русский язык книги перемен «И Цзина» и даосского трактата за авторством Гэ Хуна «Бао Пу Цзы», знавший 18 языков (расстрелян как шпион). Его судьба хорошо отражает общую тенденцию. Другой причиной можно называть обилие войн в тот период, что обычно способствует процветанию хирургической медицины, нежели других её областей.


Упадок китайской медицины в Китае в XX веке.

Конец XIX века, XX и начало XXI века — помимо всего прочего, ещё и история уничтожения китайской медицинской традиции. В конце XIX века Китай был изумлён военно-техническим преимуществом Запада, продемонстрированным во время опиумных войн. Это повергло думающую интеллигенцию в уныние и разрушило представления о незыблемости Китая и мощи его культуры. И на то время многие западные медицинские достижения были существенно эффективнее, чем присутствующие в Китае, особенно по искоренению инфекционных болезней, эпидемии которых ещё свирепствовали в Китае, а Европа уже практически забыла о чуме, холере и прочих моровых поветриях.

Затем последовала Синьхайская революция 1911 года — свержение священной на протяжении нескольких тысячелетий имперской власти и ломка корней традиции. Далее шла гражданская война, война с Японией, культурная революция.

А медицина, как и всякая наука, — это, помимо всего прочего, определённая школа, жизнь которой зависит от преемственности знаний. И преемственность эта осуществляется не текстологическим материалом, а непосредственным обучением учителем учеников (профессором студентов, аспирантов и др.). Тексты несут дополнительную функцию, служат скорее определенной памяткой и хранилищем информации, оперирует же этой информацией живой ум, без которого текст — лишь чередование мест с краской и чистой бумаги. И закон этот осуществляется в любой области знаний — в математике, музыке, живописи, изготовлении часов, мистике и химии, квантовой физике и кулинарии. Без живой преемственности знание и умение умирает, сохраняя лишь формальные признаки жизни.

Учитывая тот факт, что за ХХ век в Китае был сломан весь традиционный уклад знаний и их передача, разрушены учебные центры, физически уничтожены носители знаний (во времена культурной революции даже знание иностранного языка или обладание образованием могло стать смертным приговором), говорить о существовании на сегодняшний день классической китайской медицины затруднительно.

Но в середине 50-х годов сверху был отдан приказ создать фактически с нуля традиционную китайскую медицину, очистив её от «феодальных пережитков». И прокрустово ложе сознания необразованных «чистильщиков», социально активных дилетантов и партийных функционеров активно принялось за дело.

Как раз в это время (около 1955 года) появляется «фундаментальный» труд Чжу Лянь «Новое учение о чжэнь цзю (об иглоукалывании и прогревании) терапии», переведённый на русский язык и неоднократно изданный в России.

И то, что уцелело от медицинской традиции древних к этому времени было «подчищено» метлой культурной революции 60-х годов, когда факт образованности мог послужить смертным приговором.

На этом бедствия для китайской медицины не закончились. Когда Китай смог оправиться от потрясений ХХ века, то оказалось, что опять он сильно отстаёт от Запада в научно-техническом развитии. Для преодоления пропасти Китай стал заимствовать передовые идеи именно в русле западной научной традиции. Благодаря этому сегодня мы видим небывалый экономический подъём страны. Заимствование пропитало и медицину, что поставило её в странную ситуацию — с одной стороны, от классической медицины с её «феодальными пережитками» отошли, но на неё опираются, а к чистой западной научной медицине не подошли, опять же из-за немного фанатичной опоры на кастрированный вариант своей.

Возникло значительное противоречие, не рефлексируемое в самом контексте культуры. Но поскольку реклама китайской медицины работает даже на государственном уровне, то едут иностранцы в Китай за панацеей, тогда как сами зажиточные китайцы стараются лечиться на Западе, а простые обыватели — в клиниках западной медицины в самом Китае.

Естественно, из-за такой несуразицы и врачебное образование в Китае носит весьма странный характер. Во-первых, есть две больших специализации — китайская и западная медицина (этому обучают в разных ВУЗах), но та и та изучают в каком-то скомканном виде, в том числе, и противоположную медицину.

Во-вторых, само образование построено на бесконечной зубрежке, а экзамены проходят только письменно, в основном в виде тестов. А из-за особенностей политического строя развитие науки и свободной научной дискуссии как фактора развития науки затруднено, процветает традиционное преклонение перед авторитетами и буквализм.

Безусловно, существуют и в Китае талантливые врачи, да и не все нити передачи знаний были перерезаны за лихолетье, — речь идёт об общей тенденции.


«Второе» знакомство России с китайской медициной.

В России XX век (особенно его первая половина) также не способствовал глубокому изучению китайской медицинской традиции в силу известных причин. И вторая попытка после конца XIX века знакомства была предпринята в 50-х годах, в период тесных отношений с Китаем.

Однако если в XIX веке с наследием китайской медицины знакомились врачи, блестяще владеющие китайским языком, то в 50-х годах обошлись без этого «бремени знаний», что не могло не сказаться на качестве восприятия материала.

Кроме того, знакомство осуществлялось уже со значительно усечённым вариантом традиционной медицины, поэтому в отечественном варианте китайской медицины возникли многочисленные лакуны, зачастую не осознаваемые. А свято место, как известно, пусто не бывает. И эти лакуны стали заполняться двумя путями.

Первый путь – путь грубого материализма, когда всю теорию китайской медицины взялись объяснить на основе лишь учения о рефлексах и теорий Павлова. Собственно и по настоящий момент специалист по иглоукалыванию именуется в России – «рефлексотерапевт».

Одним из следствий такого подхода явилось то, что всё наследие китайской медицины было сведено к иглоукалыванию и прогреванию, всего лишь к двум методам большого дерева знаний (в древнем каноне «И Шу» перечислено 13 разделов медицины!), в контексте которого они традиционно занимали скромное место, но которые стало возможно (хотя бы чисто умозрительно) объяснить ответом организма на воздействие различных рефлекторных зон поверхности тела.

Стали открываться отделения рефлексотерапии в больницах (первое – в ЦКБ правительственного медицинского центра) и поликлиниках, постепенно была создана новая медицинская специальность «иглорефлексотерапевт», которой стало возможно обучиться любому врачу за три-четыре месяца на соответственных курсах повышения квалификации.

И что самое удивительное – это всё развивалось без всякой серьёзной связи именно с китайской традицией, так как не было переводов китайских текстов, кроме уже упоминавшейся книги Чжу Лянь. Прочие наличиствующие труды по рефлексотерапии в основном представляли собой компиляции с западных источников или компиляции с этих компиляций. Создалась и огромная терминологическая путаница, когда одни и те же китайские термины в разных медицинских руководствах обозначались разными русскими словами. Несколько примеров таких «двоечтений»: селезёнка – поджелудочная железа, канал – меридиан, сухожилие – мышца. Согласитесь, что для медицинской науки такая путаница недопустима.

Второй путь отечественного распространения китайской медицины – путь туманного бытового эзотеризма, в размытости которого теория стала строиться на основе неких энергий (положительных и отрицательных), астральных тел, кармы, духов и бесов. Вал этой волны стал стремительно набирать силу уже в постсоветские времена. И на его гребне появились всевозможные маги, целители, учителя, не обременённые грузом знаний (ни медицинских, ни китаеведческих), но имеющие коммерческую жилку и готовые за вознаграждение посвятить любого желающего в тайны китайской медицины и науки о достижении бессмертия. В этом втором случае уже ни о какой науке говорить не приходится.

Здесь будет уместным вспомнить одну коротенькую древнекитайскую притчу (Из «Хань Фэй Цзы», III век до н.э., гл. 32. Перевод: Малявин В.):
Жил при дворе циского царя рисовальщик.
Циский царь задал ему вопрос:
— Что всего труднее рисовать?
— Собак и лошадей, — был ответ.
— А что всего легче?
— Бесов и души умерших, — был ответ.
— Ведь собаки и лошади людям известны, с утра до вечера они перед глазами, поэтому здесь нельзя ошибиться, а значит, и рисовать их труднее. Бесы же и души умерших не имеют телесных форм, не доступны взору — поэтому и рисовать их легко.

.
Естественно, что между этими двумя вышеупомянутыми полюсами существует огромное количество переходных форм, просто речь шла об основных тенденциях, чтобы лучше очертить границы проблемы.


Заключение.

Как можно проникнуть в тайны китайской медицины? Какой же возможен выход? Единственный и очень простой. Во-первых, внимательное и тщательное изучение человеческого организма и его работы, а он (организм) у всех людей примерно одинаков.

То есть, для начала, постижение трёх наук: анатомии (состав тела), эмбриологии (изменение этого состава во времени) и физиологии (функционирование тела). А как показывают последние исследования именно китайской традиции – древние очень хорошо были знакомы с этими тремя разделами медицины. Можно даже сказать, что вся традиционная даосская психотехника – эмбриоцентрична.

Во-вторых, изучение древнекитайского языка, который довольно заметно отличается от современного, и постепенное знакомство с памятниками древнекитайской письменности по медицинской тематике.

В-третьих, выработка критического мышления и логики, что может пригодиться и в других сферах жизни и деятельности.

Как говорил Конфуций в первой строке записи бесед и суждений: «Учиться и применять ко времени полученные знания – не радостно ли это?»

Для тех, кто хочет лечиться китайской медициной уместно будет не искать лечения именно китайской медициной – ведь лечит не метод, а врач! Как и картины пишет художник, а не кисть и краски. Не стоит обращаться в различного рода медицинские центры с пышной рекламой (хороший врач в рекламе не нуждается, а реклама – двигатель торговли, а не медицины), к специалистам с обилием дипломов и прочей внешней мишурой. Самым оптимальным будет обратиться к специалисту, который помог вашим друзьям и знакомым, в прочих случаях можно, в лучшем случае, просто потерять время и деньги, а уж каким методом он владеет – дело второе.

Что тем временем происходило в России

http://smelding.livejournal.com/382012.html
КАРАЛИ НЕ ТОЛЬКО ЗА ПОРЧУ...
(Отрывок из вступления к книге)
Карали отнюдь не только за порчу и привороты. Вот несколько примеров – в 1732 году найдены были «тетратки» с заговорами и лечебник в доме санкт-петербургского жителя из ладожских крестьян, старообрядца Данилы Кобелева. Тетрадки, как выяснились, принадлежали юному земляку Кобелева, его пятнадцатилетнему племяннику Ивану Дашкову. Снизойдя к несовершеннолетию «преступника», хранившего и переписывавшего лечебные заговоры и свадебные обереги, ограничились боем батожьем и отсылкой в солдаты.

В 1735 году в Тайную канцелярию на правеж угодил знахарь с красивым и романтичным именем Зот Грезин. Повинен носитель имени, более подходящего герою Грина или поэту серебряного века, чем неграмотному крепостному из подмосковного села, оказался в том, что дал жене секунд-майора Афанасия Протасьева Анисье по ее просьбе наговорную соль, «чтобы муж не бил». За это и за лечение коней и людей Зот Грезин был бит кнутом, и дальнейшая целительская деятельность была запрещена ему под страхом смертной казни.

Не хотел, чтоб здоровяк-вояка избивал жену? Так забьют до полусмерти самого – выжившие после кнута часто оставались калеками.

В том же году драгунская женка Настасья Трифонова совершила то же «преступление», что и бедолага Зот – дала соседке наговорной соли, «чтобы муж любил». Однако суровым следователям показалось мало мирного заговора-просьбы о мире в чужой семье, и под пыткой Настасья «покаялась» в применении двух других «заговоров» — якобы на порчу. Тексты их, скрупулезно записанные судебными ярыжками, даже близко не походят на сохранившиеся во множестве «черные» заговоры, и ясно видно, что несчастная Настасья Трифонова под пыткой оговорила себя, выдав за «порчу» наспех перекроенный любовный заговор и заговор от кровотечения.

Учитывая, что пытки, плети и ссылка считались «снисхождением» — даже не хочется представлять, что приключилось с несчастной женщиной, оговорившей себя «признанием» в порче.

Осенью все того же года подьячие Сергей Кропухин и Яким Протопопов были уличены в переписывании и хранении заговоров на удачную охоту. Судьи были настроены благодушно, несчастным подьячим удалось отовраться – якобы записывали заговоры они в детстве – хотя по водяным знакам на бумаге видно, что незадолго до следствия. Дело обошлось пытками, плетьми и солдатчиной

В 1737 году старообрядец Сергей Михайлов угодил в острог по обвинению в «волшебстве» и просидел там четыре года до амнистии по случаю восхождении на престол Елизаветы Петровны. Ужасное чародейство Михайлова заключалось в знании им… заговора от грыжи.

Полечился, называется, человек… Даже в современной российской тюрьме можно за четыре года напрочь угробить самое крепкое здоровье без всяких грыж, что уж говорить об острогах XVIII века.

В 1748 году елатомский купец Аверкий Иванов за набор обережных заговоров – от дурного глаза, от супостатов, от трясовиц – был бит кнутом нещадно и дело его передано на рассмотрение епископа рязанского и муромского.

Источник: Отреченное чтение в России XVII — XVIII веков / Отв. редакторы А. Л. Топорков, А. А. Турилов — М.: Индрик, 2002,

http://ucmopuockon.livejournal.com/518481.html
Давайте сразу договоримся: Я не нашёл подтверждений этой истории ни в книгах, ни во всемирной паутине. Да и из архивов все сведения, касающиеся того, о чём я хочу рассказать, скорее всего, аккуратно удалены. Поэтому, будем считать, что вся история выдумана между рюмкой коньяка и бокалом каберне.

Тех, кого интересует подробная история китайской медицины, я отсылаю к «Истории медицины» Т. С. Сорокиной. А сам ради краткости изложения начну с периода близкого и осязаемого. Закат иглорефлексотерапии или чжень-цзю терапии (от китайского чжень – укол иглой и цзю – прогревание) наметился на рубеже восемнадцатого и девятнадцатого веков. Иван Орлов, издавший своё «Новейшее и подробнейшее историческо-географическое описание Китайской Империи» в 1819 г. в главе пятой, подразделе «О медицине» подробно описал лекарский приказ занимавшийся медицинским обеспечением императорского двора и находящихся в Пекине иностранных посольств. Приказ этот был сосредоточением наилучших методов лечения, известных в Китае. Однако, чжень-цзю терапия в труде Орлова не упомянута. Вероятно, к этому периоду она уже была изгнана из «коридоров власти» и сохранялась в качестве неофициальной лекарской традиции для простонародья. Тем не менее, в начале 20 века чжень-цзю терапия ещё сохраняла сильные позиции в китайском обществе и многие европейские путешественники, в том числе, упомянутый мною в предыдущем посте Алексеев В.М., отзывались о чжень-цзю терапии в превосходных тонах.

А дальше, начинается самое интересное, и я предупреждаю заранее – ссылок на источники не будет в виду отсутствия самих источников. Только живая история, передаваемая изустно. С 1911 по 1929 гг. Китай пережил две революции и втянулся в вялотекущую гражданскую войну с коммунистами и провинциальными генералами. Пока солдаты правящей партии сражались на фронтах, в министерствах и университетах шла грызня между просто традиционалистами, и традиционалистами хитромудрыми, полагающими заимствовать у европейцев всё умное, чтобы потом вмазать им, европейцам, по первое число.

Лидер Гоминьдана Чан Кайши решил пресечь эту грызню по крайней мере в одной области – в здравоохранении и в 1929 г. запретил использование традиционной медицины. Но указ не мог быть исполнен во первых, потом что, Гоминьдан контролировал далеко не всю территорию Китая, а во вторых, врачи с настоящим, т.е. европейским образованием были, как говорится, единичные в поле зрения. В итоге, Гоминьдан сам отменил указ своего лидера, однако, традиционные для Китая методы лечения, в том числе, чжень-цзю терапия, были окончательно низведены до уровня знахарства.

В 1949 г. коммунисты выбили Гоминьдан с материка и перед товарищем Мао, ещё не великим, встал вопрос: Что дальше? Требовалась идея, которая показала бы китайцам, что не проклятый Гоминьдан, а коммунисты являются хранителями традиции, идея, которая проникла бы в каждый дом, в каждую фанзу и юрту, которая облегчила бы жизнь граждан разорённой страны. Коммунизм на роль такой идеи не годился. Он, конечно, само собой, разумеющийся, но пампушки из него не сообразишь. Народу требовалось что-то более конкретное, решающее насущные проблемы и при этом проистекающее из милых сердцу китайца традиций. И Мао Цзэдун (умный человек, как ни крути) сказал: «надо учиться у босоногих учителей». Под босоногими учителями подразумевались знахари, практиковавшие по городам и сёлам методы традиционной медицины, в том числе, чжень-цзю терапию.

Тут потребуется маленькое лирическое отступление. Дело в том, что китайская медицина никогда или почти никогда не преподавалась в учебных заведениях. Знания передавались от учителя к ученику изустно, практические навыки осваивались у постели больного. В Википедии мне довелось встретить утверждение будто 1822 г. император запретил преподавание чжень-цзю терапии в Императорской Медицинской Академии. О какой академии идёт речь, непонятно, ибо ни вышеупомянутый Орлов, ни архимандрит Иакинф (в миру Н.Я. Бичурин), живший в Пекине с 1807 по 1821 гг. ни о какой медицинской академии не упоминают. И к сороковым годам двадцатого века «босоногие учителя» в большинстве своём были обыкновенными деревенскими знахарями.

Теперь представьте: Я направляю нашу деревенскую ведьму бабку Марьяну в московский РГМУ для организации факультета заговоров и кафедры траволечения. Что будет? Будет скандал! Потому что Марьяна не то что преподавать не умеет, она в собственных заклинаниях путается.

А время тикает, партия, во главе со своим круглолицым вождём ждёт, чем разродится китайский Минздрав. И тогда «красная профессура» делает финт ушами — посылает группу медиков учиться куда? Да во Францию! В прекрасную Францию, где ещё в 1826 г. впервые на европейском языке профессор J.Cloquet опубликовал пособие по акупунктуре. Так, на французский манер, стал называться древний китайский способ врачевания. Во Франции должным образом замотивированные китайцы вгрызлись в гранит науки и в по прошествии нескольких лет вернулись на родину грамотными специалистами.

Дальше всё было хорошо. В 1955 г. в Пекине был создан Центральный научно-исследовательский институт китайской медицины, а при нём – институт чжень-цзю терапии под руководством Чжу Лянь. Причём, уровень применяемых методик с самого начала был таков, что произвёл впечатление на закоренелых материалистов, советских врачей, посетивших Пекин в середине пятидесятых. На руку советским энтузиастам старой/новой методики сыграло то, что чжень-цзю терапия при всей своей архаичности прекрасно укладывается в теорию нервной регуляции академика Павлова. В 1957 г. в Советском Союзе были утверждены «Временные методические указания по применению иглоукалывания и прижигания», а в 1959 г. издана «Инструкция по применению метода иглотерапии» и чжень-цзю терапии начала победное шествие по одной шестой части суши. И ни у кого в Союзе не возникло подковыристых вопросов к новым/старым учителям, продвигающих методику, воспринятую даже не из вторых, а из третьих рук.


Вместо PS: В заключении желаю уважаемому Читателю не налегать на вина и коньяки в ходе учёбы, ибо от их смешения рождаются фантастические истории, подобные вышеизложенной. А если кто пожелает эту историю опровергнуть с фактами и ссылками на руках, список литературы прилагается.


1.Алексеев В.М. «В старом Китае. Дневники путешествия». 1907
2.Бичурин Иакинф, «Взгляд на просвещение в Китае» Жуpналъ министерства народного просвещения. 1838 V. Май.
3.Бичурин Н. Я. «Китай в гражданском и нравственном состоянии» М.: Восточный Дом, 2002. (Классика отечественного и зарубежного востоковедения)
4.Гаваа Лувсан. «Традиционные и современные аспекты восточной терапии» М. АО «Московские учебники и картолитография» 2000.
5.Орлов И., «Новейшее и подробнейшее историческо-географическое описание Китайской Империи». 1819
6.Сорокина Т.С. «История медицины в двух томах» М.: Academia, 2004

 


Чуть более расширенная статья, чем та, которую я использовал при написании поста про акупунктуру (http://healthy-back.livejournal.com/175008.html) — http://community.livejournal.com/ru_zhong_yi/18462.html (http://www.zhongyi.ru/forum/viewtopic.php?t=4289)

http://ru-qigong.livejournal.com/29147.html

Вот и вышел первый номер журнала «Цигун»: http://vinogrodskiy-studio.ru/qigong/. Там всякое есть всякими написанное. В том числе и моя статья, более продвинутый вариант этой http://www.chaskor.ru/p.php?id=4868.

отсюда: https://healthy-back.livejournal.com/259495.html

Обсудить у себя 0
Комментарии (0)
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети: