Из книги "Пятиэтажная Россия"

Из книги «Пятиэтажная Россия»

 

«Нарисуйте мне карту Нефедовки, — говорит тренер, — но не такую, как на стене. А сказочную! Нарисуйте, где, по вашему мнению, в деревне ЦЕНТР СИЛЫ, где УБЕЖИЩЕ, где ТАЙНЫЙ ВЫХОД из деревни. Еще нарисуйте место сосредоточия деревенского ЗЛА и место сосредоточия ДОБРА. Отметьте самый БОГАТЫЙ дом и самый БЕДНЫЙ дом. И где, по-вашему, решается СУДЬБА вашей Нефедовки — где о ней ДУМАЮТ? Если вы считаете, что думают в районе, ставьте точку вдалеке от деревни, а если уверены, что о вас думают в Москве, — в самом углу листка ставьте».

Что же в большинстве случаев рисуют селяне?


 

— ЦЕНТР ЗЛА и самый БОГАТЫЙ дом чаще всего совпадут — это будет дом продавщицы местной лавки, приторговывающей парфюмерным спиртным, или сам магазин. ЦЕНТР СИЛЫ вообще не будет указан. Нет в деревни силы! УБЕЖИЩЕ — свой дом. А точка МОЗГОВОГО ЦЕНТРА будет поставлена в самом-самом дальнем углу. Или вообще нигде — это значит, что о деревне Нефедовка никто не думает… А как все изменится после завершения нашей работы, вы бы видели! – говорит тренер.

— А что будет после завершения?

— И СИЛУ обнаружат, и МОЗГОВОЙ ЦЕНТР поместят внутрь деревни. Поселок познает сакральную мощь гражданского общества.

Сергей Мазурин и его соратники, тренеры-активисты, помогают жителям неперспективных, небольших деревень создавать ТОСы — территориальные органы самоуправления. Проще говоря, они спасают деревни.

Все начинается с деревенского схода. На него жители собираются охотно — всякого приезжего человека принимают за начальство, ждут от него помощи. А Мазурин начинает так: «Вам никто не поможет! Попробуйте сделать что-нибудь сами — хотя бы маленькое дело. А мы вас научим и маленький грант дадим». После этих слов все умные, само собой, расходятся. Остаются самые отчаявшиеся и самые, в будущем, активные жители села — женщины, растящие детей-школьников.

Они и есть сосредоточие деревенской СИЛЫ.

Одним из главных толкателей для деревни оказалось чувство зависти. В хорошем смысле этого слова. Вот, например: в Архангельской области один из ТОСов предложил благоустроить два дома для ветеранов войны. Поначалу проект не вдохновил тренеров. Какое тут развитие деревни? Подумаешь, два дома… И — зря. Эффект проекта был невероятным.

За 7 с половиной тысяч рублей, выделенных по гранту, жители обшили вагонкой два дома, покрасили их, приладили резные наличники. В общем, сделали деревне красиво. Но самое интересное началось потом. Все (все!) соседи, которые из своих окошек могли видеть красоту, в течение года обшили вагонкой и свои дома. И поставили резные наличники. Каждый старался сделать понаряднее, получше, чем у соседа. Появилась в селе улица невиданной красы, которую теперь называют «музейной». Теперь туристов готовятся принимать.

«Всякий успешный ТОС создает маленькую зону благополучия, — считают тренеры, — а несколько успешных проектов наращивают критическую массу хорошего, правильного. А между тем для сельского мира ничто не имеет большей цены, чем коллективное самоуважение»…

Этот рассказ из книги «Пятиэтажная Россия». Автор – Евгения Пищикова. Книга не о ТОСах, вернее, не только о них. Она о простых людях, жителях деревень и поселков, маленьких городов и спальных районов мегаполиса. О фабричных девчонках и парнях городских окраин, об офисном планктоне. О тех, кого называют «обывателями» или «новым городским мещанством». И я, честно говоря, не знаю никого из современных социологов, психологов, этнографов, философов, кто копнул бы нашу провинциальную, хрущебную, хрустально-ковровую реальность так глубоко, как Евгения Пищикова. Она большой певец этой «малой реальности», Виктор О`Хара «маленького человека». Многое, над чем мы привыкли посмеиваться (колхоз, мещанство, пошлость!), автор описывает с такой любовью и уважением, что в мозгах происходит короткое замыкание. Переворот с ног на голову.

Книга «Пятиэтажная Россия» удивительна и прекрасна. Она внимательно вглядывается в то, что мы привычно не замечаем под самым носом. Ковер на стене. Тумбу под телевизором. Сам телевизор (уходя из семьи навсегда, мужчина оставлял на нем ключи, как бы передоверяя ему заботу о близких)… Вот несколько цитат:

О СЕМЬЕ
…Любовь сделала свою созидающую работу и теперь скорее опасна. Она — желание, слабость. Нужен покой. Не жар, а тепло. «Жизнь дольше любви, — однажды сказала мне Антонина Коденева, знаменитая в Костроме владелица службы знакомств «Купидон». — У меня клиентки так описывают романтический вечер с мужьями: «Сели в машину, поехали, продуктов на неделю набрали!»

Соратничество, дружба спасают семью, а любовь губит. Вот простейшая формула женского успеха: нужно учиться дружить».

О ШУБЕ
Шуба имеет чрезвычайную важность для всякой русской женщины. Это желанная вещь, и ее «принято» хотеть. «Вопрос не в том, куда я буду в ней ходить, — взволнованно пишет в своем живеньком журнале молодая супруга, объясняя подружкам причину ссоры с мужем (ссорились из-за шубы), — я просто хочу, чтобы она была. Чтобы я могла ее трогать, гладить руками. Я говорю ему — ты будешь меня в ней фотографировать. А уж куда в ней пойти — найду, можешь не сомневаться».

И фонтан сочувственных комментариев: «Нет, им не понять этого никогда — они не гладят рукав и не разговаривают с ней. Они не закапывают щеки в теплый мех и не начинают чувствовать себя от этого защищенными! Им вообще ничего не нужно, кроме того, чтобы спать в трусах…»

О СКАНДАЛАХ
Крик — это жанр устного народного творчества. Есть былина, сказка, анекдот, матерная частушка, сплетня. А есть — крик. Ругань как обрядовая песня: «Ой, да что б тебя, драный ты козел, опять вчера в гараже сидел…»

К скандалу-карнавалу чаще всего (осознанно и неосознанно) прибегают семьи скучающие, не умеющие себя занять ничем, кроме «дела». Но все дела переделаны, на дворе вечер. Телевизор, конечно… Скучно друг с другом! Бесконечна скука совместной жизни, а жизнь вообще-то ведь трудная. Тяжелая, и работать приходится много. Как же не выплеснуть тяжесть, как обойтись без крика, без бесчинства, без «разрешенного» стыда. Домашняя ссора как корпоративная вечеринка, как карнавал. Наконец, как первомайская демонстрация!

О НЕМЕЦКОЙ МИНЕ
В селе Верхнее случилось чрезвычайное происшествие. Одна из жительниц, сорока лет от роду, нашла на огороде старую немецкую мину. Позвонила в город. Приехали саперы, милиция, деревенская администрация заглянула. И с ужасом собравшиеся увидели чисто вымытую мину, лежавшую на белом полотенце. Хозяйка объяснилась: «Стыдно со своего подворья грязную вещь отдавать. Никогда я себе такого не позволяла. Перед людьми неловко. Я зажмурилась, Богу помолилась и вымыла».

Репутация важнее. Ну, и так далее. А ключевой в книге я бы назвал мысль: «Жизнь коротка, и ничего особенного в ней не будет». А значит, как бы намекает Евгения Пищикова, можно расслабиться и просто жить. Соглашаюсь и снимаю перед автором шляпу.

Гармонии вам.

galiullin.ru/blog/pyatietazhnaya-rossiya/#more-1503

Обсудить у себя 0
Комментарии (0)
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети: