ДРЕВНИЕ РУКОПИСИ 19 ВЕКА. Еще раз о бумаге.

ДРЕВНИЕ РУКОПИСИ 19 ВЕКА. Еще раз о бумаге.

Споры о том, что качественная бумага белого цвета появилась только в начале 19 века не утихают, а все потому, что белая бумага тянет за собою всю историю, летописную и живописную историю человечества!
На этот раз я решил зайти с другого конца… я пытался объяснить в предыдущих исследованиях, что технология массового производства белой бумаги появилась только в начале 19 века, а до этого бумага была дорога, редка и коричневого цвета! Читать здесь:http://vaduhan-08.livejournal.com/29627.html
… но в ответ я слышу — как же так, есть же прекрасные летописи, рукописи, краты и прочее прочее прочее. Я решил остановиться на книгах, слава богу здесь проще, нет древнего рима, китая, египта и прочих… там глиняные и восковые таблички, глиняных книг не смогли осилить!
Вот они… древние книги!

А вот и их автор! Мне мой друг по жж «волк фит» просто какой то царский подарок сделал, он назвал автора рукописных книг и лубка 19 века и начала 20 века Ивана Гавриловича Блинова!
Ива́н Гаври́лович Блино́в (5 ноября 1872, деревня Кудашиха, Большепесошнинская волость, Балахнинский уезд, Нижегородская губерния, Российская империя — †8 июня 1944, там же, Городецкий район, Горьковская область, СССР) — выдающийся русский каллиграф и художник-миниатюрист, книгописец.
Хотелось написать книгопечатник… но он КНИГОПИСЕЦ!!!

Иван Гаврилович Блинов родился 5 (18) ноября 1872 г. в крестьянской семье Гавриила Андреевича и Любови Клементьевны Блиновых. Семья принадлежала к беглопоповцам. Дед и дядя по материнской линии – иконописцы, также занимались росписью прялок. Детство провел в доме деда в деревне Косково на реке Узоле, там же выучился чтению и письму. Рано начал рисовать. В подростковом возрасте увлекся перепиской книг. Первыми работами юного И. Блинова были тетради с текстами канонов избранным праздникам и святым, которые он переписывал по заказу одного из городецких книготорговцев. В 1887 г. начинающий каллиграф создает свое первое крупное произведение – Канонник объемом в 219 листов, а год спустя Блинов переписывает лицевой Толковый Апокалипсис.


На рубеже 1880-х — 90-х гг. художник начинает работать на городецких купцов-коллекционеров П. А. Овчинникова и Г. М. Прянишникова, а с 1895 г. — на горбатовского купца Н. П. Никифорова. Из произведений, выполненных Иваном Гавриловичем с 1894 по 1901 г., выделяются несколько лицевых списков «Повести о Петре и Февронии Муромских», «Канон Честному Кресту», демонстрировавшийся на палеографической выставке 1899 г., и роскошный лицевой Канонник, куда вошли 10 канонов на двунадесятые праздники.
В процессе работы Блинов параллельно изучает богатейшие книжные собрания своих заказчиков, знакомится с другими переписчиками, художниками-миниатюристами и иконописцами, еще более шлифуя собственный навык. Таким образом, к концу 90-х гг. XIX столетия Иван Гаврилович становится общепризнанным мастером – каллиграфом и миниатюристом, чьи работы с охотой приобретались многочисленными коллекционерами: Е. В. Барсовым, А. П. Бахрушиным, С. Т. Большаковым и пр.
С середины 1890-х Блинов стал пробовать себя в реставрации: досконально освоив манеру и технику различных книгописных школ, художник дописывает утраченные фрагменты различных рукописей, украшает неиллюминированные манускрипты орнаментами и «картинами». Свидетельством признания заслуг Ивана Гавриловича в качестве реставратора явилось приглашение мастера на открывшийся во Владимире в конце июня 1906 г. 3-й областной историко-археологический съезд.
В 1905 г. по заданию Нижегородской городской думы художник приступает к созданию лицевого списка «Иудейской войны» Иосифа Флавия, работает в библиотеках Казанского университета и КазДА.
В конце 1900-х связи в среде старообрядческих предпринимателей приводят Блинова в Москву, где он посещает Московский публичный и Румянцевский музеи, работает в хранилищах Исторического музея и Третьяковской галереи, изучает Синодальную библиотеку и библиотеку Троице-Сергиевой лавры, штудируя манускрипты, созданные лучшими мастерами своего времени.
В Петербурге художник знакомится с книжно-рукописным собранием Императорской публичной библиотеки.
Оттачивая собственный стиль, особое внимание Иван Гаврилович уделяет манускриптам, созданным в кремлевских мастерских в XVI – начале XVII в., в первую очередь, Лицевому летописному своду Иоанна Грозного, – именно эти книги становятся образцами для большинства его работ.
С начала 1909 по 1916 г. (с небольшими перерывами) Блинов работает в Московской старообрядческой книгопечатне, принадлежавшей беглопоповскому предпринимателю и коллекционеру, доверенному лицу Н. А. Бугрова Л. А. Малехонову, который по рекомендации Г. М. Прянишникова предложил Ивану Гавриловичу должность старшего корректора славянского шрифта с окладом 25 рублей в неделю.
Помимо основной работы в типографии, Блинов также выполнял частные заказы, причем его профессиональная репутация как каллиграфа и мастера-книгописца была к тому времени столь высока, что в числе его заказчиков был и Императорский двор.
Работая в Нижнем Новгороде, Казани, Москве и Санкт-Петербурге, Иван Гаврилович с лихвой пользовался теми возможностями, что предоставляли ему книгописные собрания вышеперечисленных городов: мастерство Блинова росло год от года.
На рубеже 1900-х – 1910-х гг. Иван Гаврилович знакомится с художником Д. С. Стеллецким. Плодом их совместных творческих усилий стал лицевой список «Слова о полку Игореве» (не сохранился). Текст «Слова» был написан И. Блиновым, а иллюстрации выполнены Д. Стеллецким.
В 1912 г. вместе с другим известным художником, А. И. Савиновым, И. Г. Блинов работает под Харьковом, в усадьбе Натальевка, принадлежавшей крупному предпринимателю-сахарозаводчику, коллекционеру и меценату П. И. Харитоненко. Иван Гаврилович выполняет надписи в возводившейся в 1911 – 1913 гг. по проекту А. В. Щусева церкви Всемилостивейшего Спаса.
В 1912 – 1914 гг. Блинов создает 3 новых списка «Слова о полку Игореве», 1-й из которых приобрел московский купец 2-й гильдии Е. Е. Егоров, а 3-й – известный ценитель старины, член Государственного совета князь А. А. Ширинский-Шихматов.
Помимо Д. С. Стеллецкого и А. И. Савинова, Иван Гаврилович сотрудничает и с прочими не менее знаменитыми художниками своего времени: В. М. Васнецовым, М. В. Нестеровым, Б. В. Зворыкиным.
С 1916 г. художник трудится в «Товариществе скоропечатни А. А. Левенсон», выполняя заказы для Императорского двора. — В частности, им были созданы рисунки 3-х статутов к дамскому ордену св. блгв. княгини Ольги: для императора Николая II, императрицы Александры Феодоровны и вдовствующей императрицы Марии Феодоровны. Для выполнения заказа Блинов был затребован в Царское Село, где 3 недели прожил у начальника Царскосельского дворцового управления князя М. С. Путятина. За эту работу Иван Гаврилович получил 500 рублей, золотую медаль на Андреевской ленте с надписью «За усердие» и письменную благодарность от государыни.
В том же, 1916-м, Блинова мобилизовали на службу в Полевой Царскосельский военно-санитарный поезд № 143 Ее Императорского Величества Государыни Императрицы Александры Феодоровны. В период прохождения воинской службы книгописец знакомится с рядом известных современников: художниками И. А. Шарлеманем и П. С. Наумовым, поэтом С. А. Есениным.
Революционные события февраля – октября 1917 г. застали Ивана Гавриловича в расцвете творческих сил и на пике карьеры, однако для новой власти его талант оказался совершенно чужд. Тем не менее художник продолжает активно работать, и следующий, 1918 г., стал, пожалуй, наиболее плодотворным в творчестве И. Блинова.
В материальном отношении наиболее тяжелым выдался для Ивана Гавриловича 1919-й. В тот год Блинов пишет полотно «Симоне Ионин, любиши ли Мя?» (Ин. 21:15–17). По признанию художника, сюжет картины нарисовался в его голове во время молитвы за службой.
В марте 1919 г. Блинов вошел в состав Ученой коллегии Российского Исторического музея, а в 1920-м художник становится директором и по совместительству научным сотрудником Городецкого краеведческого музея, одним из организаторов которого он являлся. В 1925-м Иван Гаврилович по семейным обстоятельствам возвращается в родную деревню… Мой комментарий… вот как человека советская власть меняет… скажут что репрессировали, ан нет понадобился и новой, уж очень работа востребованная видать....
Во второй половине 1920-х – 30-х гг. сменил несколько профессий: работал в колхозе, был лектором и оформителем в сельском клубе, ответственным редактором городецкой газеты «Колхозный ударник», учителем в колонии. Постоянно находясь под подозрением властей, художник то и дело возвращается к любимому занятию – переписке и оформлению рукописей: составляет и украшает красочными миниатюрами «Историю города Городца», для детей и внуков переписывает маленькие книжечки с канонами. Но в советских реалиях книгописный труд не только не приносит Блинову какого-либо дохода, но лишь усиливает его репутацию «неблагонадежного».
Незадолго до кончины И. Блинов получает письмо от своего давнего друга, историка и археографа Г. П. Георгиевского, в котором последний предлагал Блинову выполнить для него новую книгу, «Слово о полку Игореве». Однако, принявшись за данный заказ, Иван Гаврилович так и не успел его завершить...
И. Г. Блинов скончался в родной Кудашихе 8 июня 1944 г. на 72-м году жизни. В 1985 г. кладбище, на котором покоился Иван Гаврилович, было уничтожено. Могила самого художника по настоянию родственников и общественности Городца восстановлена в 1988-м.
Вот так вот… кто еще не понял к чему я клоню, я дам несколько образцов рукописных шрифтов от 12 века до 19 века!








Ну кто нибудь разницу нашел — я так нет. Я сам когда был еще юн много времени посвятил освоению разных шрифтов и в перую очередь готического, он мне тогда казался самым интересным. Романский шрифт нас заставляли в школе осваивать но это было не интересно — этот шрифт писался строго и просто стальным пером, а вот в готике нужно было поизвращаться, красивая готика пишется гусиным пером — то есть мягким и широким стилом, однако на шершавой бумаге этого сделать нельзя — перо начинает брызгать, зато стальным жестким пером можно и очень хорошо, но теряется художественность и «древность». Так вот то что написано в этих разнообразных древних рукописях написано либо по очень гладкой бумаге и гусиным пером либо железным шрифтовым пером — сверху вниз — широко, на бок узко!





Это Блинов и его школа, но ведь он был не один… может быть я и ошибаюсь и где то лежат настоящие рукописные книги или даже печатные, но что то их не видать… все те рукописи что нам выдают за древние и самое главное по разному древние они написаны на хорошей белой бумаге и на одной шрифтовой школе которую возможно и придумал Блинов и его соратники!






Все рукописи которые считаются очень древними написаны в манере которая очень похожа на лубок, а некоторые типа «родзивиловской летописи» на плохой лубок!









Я специально дал фото с официальными пояснениями… пожалуйста, кто не верит, вот так выглядят наши древние рукописи!

А вот это реальный лубок средины 19 века и если мне хоть кто то объяснит, что значат хотя бы половина церковных атрибутов, начиная от звезды на верхушке храма… то я беру свои слова обратно — все летописи и карты и вся летописная история это плохой лубок конца 19 века!!!



vaduhan-08.livejournal.com/32990.html

Обсудить у себя 0
Комментарии (0)
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети: