МОНАСТЫРИ. ЧУМА ПАЛОМНИЧЕСТВА...


«МОНАСТЫРИ. ЧУМА ПАЛОМНИЧЕСТВА...
На днях Православную Церковь Восточной Европы облетела новость: священник опубликовавший на Правмире свои размышления о пагубности многочисленных паломничеств осаждающих обители, был(словесно) правящим архиереем запрещен в священнослужении. «Ему приказано не сметь, свое суждение иметь!» Опальному священнику позвонили другие архиереи и предложили принять его в свои епархии…

За всем нашим словесным мельтешением всплывает проблема медленно изменяющейся Церкви в быстроизменяющемся мире. Огромная проблема самодурства и троекуровщины по местам… мы видим, каждый епископ на своей кафедре представляет свой личный тип христианства, сообразно ступени своего духовного, культурного и нравственного развития.

Теперь по сути дела…. О пустынных монастырях забудьте. Их раньше было мало, а сегодня и подавну обмаль. Монастыри, приходы, паломничество, старчество разновидности современного религиозного туризма и дискурса связанного с ним… остановить, запретить, что то изменить уже невозможно. Это ни хорошо, ни плохо, это объективная жизнь. Появляются современные быстрые и комфортные способы передвижения от быстроходных рафиков, до самолетов и люди(в том числе и верующие) пользуются благами цивилизации. Пешком, сегодня уже почти никто не ходит.
Факт… Современные монастыри не выживут без паломников, а паломники без монастырей. Почему? Да потому что никогда в истории не было, так сказать, чистых, беспаломных монастырей. Люди живые идут в путь, едут, тянутся друг ко другу. Духовный туризм это хорошо. Лучший отдых – смена занятий. О совершенно закрытых монастырях, не видящих никогда людей, пишется в житиях святых, литературе нереалистичной и к жизни отношения не имеющей.

Таковы мы, живые люди. Поиск духовных развлечений и приключений заложен в нашу психологию. Это ни нормально, ни не нормально. Это сама жизнь. Только не живые, уже ничего не ищут, ничем не интересуются и никуда уже не устремляются. А пока живы, то движемся в путь…

Человек всегда стремится к свободе и ищет своего и себе и для себя… монашество не исключение. За многолетнее свое наблюдение за монахами и монастырями(в том числе и за собою лично), я пришел к весьма неутешительному, весьма далекому от идеалистически восторженных представлений о монашестве, от радужных картинок нарисованных, как в древних, так и в современных душеспасительных книжках

ДВЕ ЦЕРКВИ ВСЕГДА
Антропология раздвоения сознания в религии. Нам периодически очень хочется пустыни. А, уединяясь, погрузясь в нее, нам тут же хочется вернуться к людям. В общем, для человека нигде нет чувства рая.

Один моряк потерпел кораблекрушение и попал на необитаемый остров. Ему довелось провести там пять лет. Он построил хижину, наладил быт, но постоянно думал о большом мире. А вокруг царил полный покой… Моряк и не подозревал, что на свете есть такие мирные уголки. Но, остров был совершенно необитаем, ни единой живой души — это была единственная беда, во всем остальном жизнь там была чудесна. Красивые ручьи, фруктовые деревья: вдоволь еды, полный покой, никаких тревог и опасностей, никаких бед. Рай первозданный да и только! Прежде моряк только мечтать мог о таком счастье — и вот оно свалилось ему на голову! Но, тишина была нестерпима. Тишину вообще трудно вынести, ее нужно уметь выдерживать, иначе она может убить. Факт – для человека нигде нет чувства Рая.
Тому моряку приходилось очень трудно, но у него был талант к архитектуре, и он принялся строить разные штуки: просто макеты, лишь бы чем-то себя занять. Он сделал целую улицу и дал ей имя; там были целых две церкви — одна прямо возле его дома, вторая — на другом конце городка. Он построил лавки, чтобы было куда ходить за покупками, театры, стадионы, зоны отдыха, развлечений. Моряк в модели создал целый город, целый свой человеческий мир.
Через пять лет появился наконец-то корабль. Он бросил якорь в заливе. Моряк был вне себя от счастья. К берегу причалила спасительная шлюпка. Наш робинзон выскочил из хижины и помчался по песку — он уже предвкушал возвращение в большой мир. Впрочем, сказал он спасающему его человеку, прежде чем ты заберешь меня на большую землю, давай погуляем. Я хочу показать тебе свой город, выстроенный моими руками в эти трудные для меня одинокие годы».
И он показал приплывшему человеку построенный город. Больше всего гостя поразила вторая церковь: «Одна церковь — это я еще понимаю, но зачем вторая?»
«Я хожу только в эту, а в ту другую — ни ногой, она еретическая, раскольниче, отступническая», — богословски-деловито, со знанием дела, пояснил моряк.
*
Человек биологически и психологически запрограммирован на раздвоение сознания, на двойственность, на разделение, на раскол. Вам, человеческому обществу, всегда нужны две церкви, по меньшей мере две веры, ведь разум требует двойственности, объекта ненависти, отрицания, порицания, козла отпущения наконец. Человек биологически расколо-конфликтно-разделителен. Эту церковь ты одобряешь, а в ту — ни ногой. То ложная вера, туда ходят только заблудшие души, ты с ними ничего общего не имеешь. Ты же в правой, спасительной вере, те все остальные неверные, неспасительны и погибшие, сатанисты, служители дьявола, даже почти и не люди.
Тот моряк был на острове один, но создал целый наш человеческий мир, модель людского общества в миниатюре, по образу и подобию своему, со всеми его конфликтами и противоречиями. Так было всегда и так будет дальше. С этим ничего не поделаешь и сие надобно принять как должное. Так есть».

отсюда
Обсудить у себя 0
Комментарии (0)
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети: